Былое

[tan_tsu]

Когда-то давно была у меня подруга. Назовем ее Пульхерия, так как натурам, подобным ей, собственное имя, выбранное родителями, обычно жмет.  Что нас сблизило, остается загадкой до сих пор. Скорее всего, причина в отсутствии других кандидатов на эту роль с обеих сторон.

Пульхерия считала себя, наделенной гениальными актерскими способностями и яркой красотой. Дабы не прослыть злобным карликом и не пугать, скажу лишь, что красота Пули была, не столь очевидна, как ей хотелось бы.  Актерскому мастерству барышня училась у героинь мексиканских сериалов, начавших в то время пачками выходить на экраны.  Так, посмотрев очередную серию, где тетенька обмазывала свое актерское тело кремами, девочка-Пулька решила продемонстрировать мне наличие у нее ног и крема. Для этого меня позвали в гости, а затем, внезапно, когда я пила чай, стали мазюкать свои костлявые конечности…  детским кремом.  Это, безусловно, был сильный ход, но подруга не учла всей каверзности моего характера. Сделав морду кирпичом, я  не подала вида, что  замечаю действо. Ну право слово, не спрашивать же у девушки: "У тебя проблемы с ногами?".

Наигранность и картинные позы сопровождали Пульхерию всюду.  Особенно ей нравилось фотографироваться или просто сидеть с открытым ртом. В такие моменты я вспоминала злобную воспитательницу детсада, которая кричала сопливому мальчику из младшей группы: "Закрой рот! Что ты стоишь, как дебил?!".  Конечно, бедная престарелая воспитательница даже не подозревала о том, что наступят времена, когда открытый рот перестанет быть признаком аденоидов.  В свою очередь, Пуля не знала о существовании подобного заболевания.

Вообще, Пульхерия очень любила страдать. Делала она это в духе актрис немого кино; с закатыванием глаз и заламыванием рук. В особо трагические моменты, к вышеописанному, добавлялось учащенное дыхание ртом.  Сложноустроенным индивидуумам, к коим Пуля причисляла себя, каждый день жизни давался с трудом. Поэтому однажды, в момент мыслительного кризиса, она запланировала самоубиться.  Зная крутой нрав своей маменьки, Пульхер не стала лишать семью бытовых удобств. По этой причине утопление в ванне, эксперименты с газом и пальцами в розетке она отмела, выбрав единственный, верный, по ее мнению, способ. Пуля решила нажраться таблеток. В то время я еще была не в курсе всех этих замыслов и спокойно жарила дома котлеты, когда в дверь позвонили.

Это была Пулька. Спросив, чем я занята, она прошла за мной в кухню и села на стул перед холодильником.  Минут пятнадцать мы говорили о котлетах, мясе, новостях и общих знакомых. Наконец, мне раскрыли тайну внезапного визита. Преисполненная торжественности, закатив глаза и вздернув подбородок, грустным голосом Пульхерия произнесла:
- Я пришла попрощаться. Скоро меня здесь не будет!
Отвечая на мой немой вопрос, она продолжила:
- Я решила умереть! – пафос Пульке всегда удавался.
Я, не отрываясь от сковороды:
- Чего вдруг? – понимаю, вопрос был за пределами кощунства и Пульхер ждала другой реакции.
Почему об этой печальной новости, первым делом, решили сообщить мне, я не знаю. Возможно, на секунду Пуля желала пробудить во мне некое чувство вины, увидеть меня с небес на своей могилке, где я стояла бы с букетом гладиолусов и слезами на ресницах. Честно говоря, серьезно в это верится с трудом.  Скорее всего, я жила ближе всех. Случись что, всегда успею добежать.
- Я серьезно! Я уже выпила таблетки! – с нажимом сказала она, возвращая меня от собственных котлет к чужому суициду.
- Ты – дура? – ничего другого мне в голову не пришло и я выплеснула в лицо Пули воду из, стоявшего на столе, стакана.
Подобного поворота Пульхерия никак не ожидала. Несколько секунд она сидела молча, с мокрым лицом, потом схватила свои ключи и убежала.

Позже, зайдя к ней, я нашла Пулю в добром здравии и вполне бодром расположении духа.
Надо сказать, что подобная попытка была предпринята ею повторно, через несколько лет. На этот раз Пульке пришлось немного пострадать от странных ощущений в животе, полежать в кровати и похрипеть, изображая стон умирающей красотки. Будучи профаном в фармакологии, оба раза Пульхерия травилась Но-шпой и Анальгином.