Воспоминательное
Nov. 25th, 2011 12:43 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
tan_tsuТо, что Деда Мороза нет, я поняла давно, еще в детском саду. Я, может и хотела бы продлить веру в чудо, но все было против. Заканчивался 198* махровый год. В нашем детсаду шла активная подготовка к новогоднему утреннику. Всех обязали надеть белые колготки, белые рубашки и белые тапки. Почему-то администрация садика питала нежные чувства к ритуальной обуви. Без этих тапочек на праздник грозились не пустить. Пришлось родителям шить.
Но тапочки тапочками, а выступления перед родителями никто не отменял. Поэтому каждый день мы разучивали стихи, песни, танцы. Девочки должны были изображать снежинок, а мальчики, что попало. Кому-то пришлось быть петухом, кому-то волком. За пару дней до праздника, завхоз тетя Люся привезла откуда-то елку. Дядя Саша – детсадовский рабочий, большой друг детей и алкоголя, долго возился с елью, но все же водрузил ее в музыкальном зале. В общем, ничто не предвещало "беды".
В час Х мы все торжественно выстроились вокруг елки. Родители сидели на стульчиках, заботливо расставленных для них воспитателями. Каждый смотрел на свое чадо с умилением и гордостью, а чадо, отвечало взаимностью, отвлекшись от разговоров с другом или подругой.
Помню, все шло, как обычно, с песнями и хороводами вокруг дерева. Прибежала Снегурочка (уже не помню, где арендованная), скакала, пытаясь завести публику. Снегурки, еще с детства, не внушали мне доверия, зачем они нужны, я так и не поняла.
В какой-то момент, наша энергичная Снегурочка решила, что пора бы позвать дедушку и начала орать дурным голосом: "Дедушка Мороз, Дедушка Мороз!". Прикол всех советских Дедушек Морозов – перманентная глухота. А возможно, это – желание почувствовать себя мировой звездой на сцене какого-нибудь Ла-Скала, когда хочется криков: "браво! бис!", не знаю… Одним словом, наш Дедок на зов Снегурочки не спешил и появился только после третьего вопля.
Тут меня ждало первое разочарование. В том, кого мы дружно зазывали к себе и называли Дедом Морозом, я узнала того самого рабочего дядю Сашу. Его мешки под глазами нельзя было скрыть ничем. Сделав определенные выводы (все – халтура!), я не подала вида и продолжала участвовать в праздновании. Проскакав, в очередной раз, вокруг елки, наш хоровод остановился, чтобы Дед Мороз зажег ее. Мне, как всегда, досталось удачное место – напротив двери, в соседнюю с залом, комнату. Стою, жду, что там будут делать с елочкой. Тут пришла очередь орать дяде Саше, т.е. Дедульке Морозу. Он грянул во весь, еще не пропитый голос: "Раз, два, три, елочка, гори!". Ага…
Елочка зажглась на секунду и тут же потухла. Дед попросил крикнуть громче еще разок, чтобы помочь ему. Они кричали, я нет. Я, случайно повернув голову влево, через приоткрытую дверь в соседнюю комнату, увидела воспитательницу младшей группы, которая стоит на стульчике с вилкой от удлинителя (я уже тогда знала, что это такое) в руках, и тянется к розетке. Это было второе и окончательное разочарование. От него меня спасли только конфеты из подарка и шоколадка, врученная мамой после праздника. Дома, будучи в глубокой и торжественной тоске, я сообщила родителям, что Деда Мороза нет, а елочку зажигала Елена Непомнюотчества. Родителям пришлось смириться и дарить подарки от себя, а нет от волшебного дедушки.
Но тапочки тапочками, а выступления перед родителями никто не отменял. Поэтому каждый день мы разучивали стихи, песни, танцы. Девочки должны были изображать снежинок, а мальчики, что попало. Кому-то пришлось быть петухом, кому-то волком. За пару дней до праздника, завхоз тетя Люся привезла откуда-то елку. Дядя Саша – детсадовский рабочий, большой друг детей и алкоголя, долго возился с елью, но все же водрузил ее в музыкальном зале. В общем, ничто не предвещало "беды".
В час Х мы все торжественно выстроились вокруг елки. Родители сидели на стульчиках, заботливо расставленных для них воспитателями. Каждый смотрел на свое чадо с умилением и гордостью, а чадо, отвечало взаимностью, отвлекшись от разговоров с другом или подругой.
Помню, все шло, как обычно, с песнями и хороводами вокруг дерева. Прибежала Снегурочка (уже не помню, где арендованная), скакала, пытаясь завести публику. Снегурки, еще с детства, не внушали мне доверия, зачем они нужны, я так и не поняла.
В какой-то момент, наша энергичная Снегурочка решила, что пора бы позвать дедушку и начала орать дурным голосом: "Дедушка Мороз, Дедушка Мороз!". Прикол всех советских Дедушек Морозов – перманентная глухота. А возможно, это – желание почувствовать себя мировой звездой на сцене какого-нибудь Ла-Скала, когда хочется криков: "браво! бис!", не знаю… Одним словом, наш Дедок на зов Снегурочки не спешил и появился только после третьего вопля.
Тут меня ждало первое разочарование. В том, кого мы дружно зазывали к себе и называли Дедом Морозом, я узнала того самого рабочего дядю Сашу. Его мешки под глазами нельзя было скрыть ничем. Сделав определенные выводы (все – халтура!), я не подала вида и продолжала участвовать в праздновании. Проскакав, в очередной раз, вокруг елки, наш хоровод остановился, чтобы Дед Мороз зажег ее. Мне, как всегда, досталось удачное место – напротив двери, в соседнюю с залом, комнату. Стою, жду, что там будут делать с елочкой. Тут пришла очередь орать дяде Саше, т.е. Дедульке Морозу. Он грянул во весь, еще не пропитый голос: "Раз, два, три, елочка, гори!". Ага…
Елочка зажглась на секунду и тут же потухла. Дед попросил крикнуть громче еще разок, чтобы помочь ему. Они кричали, я нет. Я, случайно повернув голову влево, через приоткрытую дверь в соседнюю комнату, увидела воспитательницу младшей группы, которая стоит на стульчике с вилкой от удлинителя (я уже тогда знала, что это такое) в руках, и тянется к розетке. Это было второе и окончательное разочарование. От него меня спасли только конфеты из подарка и шоколадка, врученная мамой после праздника. Дома, будучи в глубокой и торжественной тоске, я сообщила родителям, что Деда Мороза нет, а елочку зажигала Елена Непомнюотчества. Родителям пришлось смириться и дарить подарки от себя, а нет от волшебного дедушки.